международный журнал о дизайне
Welcome to Design, welcome Home
/934/ 999 99 47
ГлавнаяЛучшее Номер Тимур Бекмамбетов и его юрта кочевника
Скачать журнал на ipad, планшет, телефон:
 
2597780385_ae79e120ef_o

Тимур Бекмамбетов и его юрта кочевника

Режиссер и продюсер Тимур Бекмамбетов по своей натуре – самый настоящий кочевник. Он человек, которому трудно подолгу задерживаться на одном месте. Родился в Казахстане, учился в России, работает в Америке. Но дом должен быть у любого человека, поэтому, куда бы Тимур ни приезжал и где бы ни приобретал себе хотя бы временное жилище, он старается устроить его с максимальным комфортом и уютом для себя и своей семьи. Сейчас большую часть времени Бекмамбетов проводит в Лос-Анджелесе. Сидя за своим рабочим столом, режиссер рассказывал по телефону журналу «Дом & Интерьер» про то, как ему живется на чужбине, как он находит общий язык с соседями и каким образом вносит в свою новую американскую жизнь родные сердцу казахские краски. Тимур, вы живете и работаете на две страны. Признайтесь, тяжело это дается? Я бы не сказал, что живу на две страны. В Америку я все-таки езжу в командировки, хотя и довольно длительные (смеется). Тут находится студия, с которой я работаю и где идут все основные съемочные процессы. Тут живут почти все звезды, которые работают в индустрии Голливуда. Это просто удобно. Хотя Лос-Анджелес, безусловно, прекрасное место для жизни. Океан, хороший климат, все рядом… Вообще я по натуре кочевник, и мне очень нравится такая разъездная жизнь. Новые знакомства, новые впечатления, эмоции, новые места. Я люблю постоянные передвижения, сидеть на одном месте невозможно. Создается впечатление, что в Лос-Анджелесе все как-то расслабленно живут, делают пробежки вдоль океана, дышат воздухом. Сложно представить, что там кипит работа и люди ворочают миллионами. Действительно, многие выходят на утренние пробежки около океана. Может быть, это из-за того, что среди американцев очень много полных людей. Кстати, в Лос-Анджелесе их меньше, чем в других городах и штатах. Наверное, сказывается соседство с «фабрикой звезд». Очень многие сейчас озабочены своим здоровьем и ведут правильный образ жизни. Но делать утренние пробежки вдоль воды может позволить себе далеко не каждый. В среднем до океана 30 минут езды из города на машине. Не все могут и хотят тратить время на такие ежедневные передвижения. Ваш дом находится недалеко от океана, многие звезды живут по соседству? Мой дом находится недалеко от студии, я тут не выбирал особых видов из окна. Главное, чтобы было удобно. Ну а вообще в Лос-Анджелесе все не так уж далеко, многие живут по соседству. Я живу около студии, по такому же принципу выбирали себе дома и многие звезды. С соседями дружите? Вообще, в Америке принято дружить с соседями и знать всех вокруг. Неподалеку живет семья Кости Хабенского, мы, конечно, общаемся, встречаемся, поддерживаем друг друга. А ваш американский дом какой? Кажется, что в нем должны сочетаться и отражаться и восточные, и наши русские традиции, наверняка есть что-то характерное и для Америки. Есть какая-то дизайнерская задумка? Поскольку это сезонное жилье, оно должно быть прежде всего удобным, и это самое главное. Я рассматриваю его как перевалочный пункт, поэтому ничего сверхъестественного в нем нет, хотя я стараюсь, безусловно, облагородить и украсить даже временное жилище, в котором обитаю. Слава богу, что дом не похож на гостиничный номер! Он у вас обжитой, уютный? У меня там есть дорогие сердцу вещи, какая-то посуда, к которой я привык. Иногда я сам готовлю, все должно быть под рукой. Слышала, что вы умеете готовить настоящий восточный плов. Голливудских коллег уже успели побаловать своим коронным блюдом? (смеется.) Нет, его готовят в любом восточном ресторане, можно пойти туда и поесть. Но вообще я прожил восемь лет в Ташкенте, и считается, что умею готовить плов по-узбекски. А родных и друзей по праздникам все-таки балуете? Приготовление плова – это длительный процесс: часа три. Потратить столько времени на плов можно действительно очень редко, по особым случаям, по праздникам я себе это позволяю. А что в вашем доме в первую очередь радует глаз? Может быть, у вас есть фонтан в саду или пруд, красивый сад? Нет, ничего такого у меня нет, потому что опять же, за такими вещами надо следить, а у меня нет на это времени. Предпочитаю, уезжая из Америки, закрывать дом и не думать ни о чем. Мой глаз радуют какие-то фото, книги, любимые картины. В основном это пост модернизм. Но ничего специального в моем доме нет, я не пытался сделать из дома дизайнерскую игрушку. Если бы вы пришли ко мне, экскурсия у нас бы вряд ли получилась. Гораздо интереснее, я думаю, было бы пройтись по съемочным павильонам киностудии Universal, где я работаю! (смеется.) Но все же хотя бы что-то в доме говорит о том, что тут живет один из самых известных режиссеров современности? Может, вашу профессию выдает творческий беспорядок? Беспорядка у меня нет, потому что я предпочитаю не обрастать большим количеством вещей. Думаю, что, когда попадаешь в мой дом, сразу понимаешь, что тут живет кочевник. Я всю жизнь на чемоданах (смеется).

Шесть-семь месяцев в году вы проводите в Лос- Анджелесе, но перебираться жить в Америку, как я поняла, вы не собираетесь? Нет, это все-таки рабочая территория, в Америку я приезжаю работать. Хочется просто развивать наше кино, у нас огромный потенциал. Считаю, что Голливуду нужна новая кровь. У нас огромное количество талантливых актеров, режиссеров, уже состоявшихся… К тому же голливудское кино достигло своего максимума. Ему некуда больше расти. Отечественное направление мне нравится больше. Там я всего лишь нанятый режиссер, здесь – вполне самостоятельный продюсер. Но работать в Голливуде мне интересно, это очень познавательно. Мне не хочется быть ни голливудским, ни русским, ни казахским режиссером – не хочется прикрепляться к каким-то местам. Хочется делать то, что будет интересно людям вне зависимости от национальности. Вы все время говорите о работе, о студии, на которой работаете, о кино. Тимур, а когда и как вы отдыхаете? А мне не надо отдыхать. Поел, поспал и готов к работе. Вся моя жизнь – это работа, а работа – жизнь. Самая большая прелесть моей профессии в том, что, с кем бы ни работал, где бы ни был, ты все время общаешься с людьми, ищешь интересные истории. От путешествий и общения с людьми получаешь удовольствие, радость, это заменяет тебе отдых, дает новые впечатления, которые потом превращаются в кино. Расскажите, а чем отличается съемочный процесс в Голливуде от съемок в России? Разница актерской подготовки наших и зарубежных артистов сильно видна? Нет, я вообще не замечаю разницу в плане актерского мастерства и умения работать. Например, Костя Хабенский или Сережа Безруков – это профессионалы голливудского уровня, если не выше… В рабочем процессе разница ощущается: подход и отношение к съемкам, к актерам, ко всей команде – тут все четко, по расписанию, для работы созданы все условия. И вот именно этому – уважению и самоуважению – нам и надо поучиться у Голливуда. Откройте секрет, а как обстоят дела с выполнением разнообразных трюков? Голливудские звезды все-таки сами исполняют все эти невероятные кульбиты или используют дублеров? Чаще всего используют, конечно. У Анджелины Джоли, например, был дублер, точнее дублерша, по имени Юнис, которая выполняла какую-то часть трюков в «Особо опасен». Но в Голливуде дублер выполняет несколько другие функции, чем в России. Самой главной ее задачей была функция тренера. Она первая проходила все трюки, а потом Анджелина делала все сама. Все репетиции проходили с Юнис, а съемки уже были с Джоли. Вам удалось покорить Голливуд, и сегодня вы числитесь в первой десятке самых успешных режиссеров мира. Признайтесь честно, вы думали об этом, шли к мировому киногосподству сознательно или просто так получилось? Честно, я никогда не думал об этом. Кино – это все-таки не спортивные соревнования, занять какое-то место тут невозможно. Я всегда думал и думаю только об одном: как делать то, что будет вызывать эмоции и волновать миллионы людей, как расширять свою аудиторию, как делать фильмы для разных людей в разных странах. «Ночной дозор» посмотрели в мире 100 миллионов человек. Успех и признание – это страшный наркотик, от него очень трудно отказаться, и хочется быть все ближе и ближе с этой аудиторией, хочется, чтобы все больше людей приходило на твои фильмы. Это капитал, на который я работаю и который безумно боюсь потерять, потому что, если процесс пойдет в обратную сторону, он будет очень болезненным. Это я знаю совершенно точно. Ф и л ь м о г р а ф и я 1994 – Пешаварский вальс (Побег из Афганистана) 2000 – Гладиатрикс 2002 – ГАЗ – Русские машины 2004 – Ночной дозор 2005 – Дневной дозор. Мел Судьбы 2007 – Ирония судьбы. Продолжение 2008 – Wanted (Особо опасен) 2009 – 9 (продюсер) 2009 – Черная молния (продюсер) 2010 – Wanted 2 (Особо опасен – 2) 2010 – Выкрутасы (продюсер) 2010 – Черная молния – 2 (продюсер) 2010 – Монстры (продюсер) 2011 – Елки интервью_ Юлия Червонная фото_ предоставлены пресс-службой кинокомпании «вольга»

12.02.2014
На близкую тему
Подбросить наверх