международный журнал о дизайне
Welcome to Design, welcome Home
/934/ 999 99 47
ГлавнаяИнтерьеры 07-08/2017 Татьяна Боронина и Анна Зеленова – квартира в Москве

3m9v9232-hdr-edit-qpr-qpr

Татьяна Боронина и Анна Зеленова – квартира в Москве

Эта квартира в Москве – плод совместной работы архитектора Татьяны Борониной – http://boronina.ru и декоратора Анны Зеленовой .

Дом – место, куда мы все устремляемся отдохнуть от внешнего воздействия окружающей среды обитания, снять напряжение, обрести гармонию и быть самими собой. Поэтому стараемся свой интерьер создать с максимальным комфортом, не входящим в противоречие с ощущением себя в этом мире. За непривычными для современного человека толстыми кирпичными стенами небольшой дизайнерской квартиры в самом центре города охватывает ощущение покоя и стабильности как в монастырской обители. Облик этой квартиры сложился легко и сразу, по внутреннему умолчанию душ его создателей, как будто высший разум воплотил на этом пространстве свой давний замысел. Белокаменный. Как наша древняя столица!

    Жаль было выламывать старые окна… Долгие сто с лишним лет, они отражали в себе «бессмертное величие Кремля», как написал поэт Н.Рубцов.
Камень стал знаковым элементом внутренней отделки. Гранитные плиты подоконников центральной части квартиры, облицовка мрамором ванной комнаты, подобно доспехам воина, закрепили мощь и незыблемость всего пространства.
Наши древние предки, обустраивая свое жилище, плясали от печки. Символическим очагом, светом и теплом давно ушедших близких людей, стал буфет в гостиной-столовой. Работа немецкого мастера второй половины 19 века, досталась в двадцатые годы двадцатого века его хозяину – военному, по красноармейской разнарядке, из знаменитой гостиницы «Бристоль». Была еще серебряная сахарница, выданная по тому же случаю. Такая вот ухмылка революционной эпохи. Недолго простоял «инвентарь» на казенной жилплощади в Староконюшенном переулке, поскольку семья вместе с эти предметом мебели была откомандирована на Дальний Восток для прохождения дальнейшей службы по охране наших восточных границ. Глава семейства геройски погиб перед самым началом войны с фашистами. Буфет на долгие, долгие годы стал единственным «мужчиной» в доме. Сопровождал осиротевшую семью обратно в столицу. Пережил войну и бесконечные переезды. Всегда был вместе с домочадцами, став центром их маленькой семьи. В нем держали продукты и посуду, он был местом для игры в прятки маленькой девочки и хранения велосипеда на своей верхней крышке, гардеробом и тайником, хлебосольным хозяином, у которого всегда можно было поживиться «вкусненьким». Сегодня достаточно провести по нему рукой и становится безмятежно в душе. Дубовые поверхности этого исполина неизменно источают тепло давно ушедших близких, лечат, как стенки жарко натопленной печи…

     Время идет вперед. Вокруг меняется облик столицы, она разрастается «сорняками-домами» все дальше в окрестные поля, она медленно и мучительно умирает от губительного невнимания к «старине глубокой» в самом своем центре. Она пугает неожиданными реновациями, она задыхается в автомобильных пробках, она парализует восприятие размахом подражания лондонско-парижским Сити. Неожиданно, почти неуловимо, она дает вобрать в себя патриархальный дух, будто бы из пьес Н.Островского, в милом каждому сердцу москвича по крови, Замоскворечья…
И вот мы входим на территорию небольшой квартиры, всего около семидесяти метров, расположенной в бывшем доходном доме нулевого года прошлого века. Попадаем из нереально бешеного мира в реальный мир вечных по красоте и простоте артефактов. Все неслучайно… Каждый предмет интерьера со своей прошлой и настоящей историей несет в себе великий смысл, является как бы одним из инструментов уникального симфонического оркестра, предназначение которого исполнять классическую композицию, посвященную тайной тишине времени, спокойствию и комфорту его обитателей.

Чугунная люстра с деревянным рыцарем внутри над обеденным дубовым столом была чудом спасена из руин старого дома в центе Копенгагена. Прекрасный декоративный кованый камин с мраморной столешницей начала двадцатого века был приобретен в том же городе в антикварном салоне. Как нам поведали, он принадлежал семье почтенного адвоката. Старинный французский гобелен над кроватью в спальне когда-то служил покрывалом на стол, а потом много лет, всеми забытый и не нужный, пылился на антресолях. Великолепные витражные мансардные окна теперь закрывают собой технический шкаф у входа в квартиру. Они обретены среди многочисленных антикварных развалах все того же славного города Копенгагена…
«С берега море красиво, с моря берег красив» – гласит старинная скандинавская поговорка. Издалека, представляя себе так милый ее сердцу, «островок» детства, она начала постепенно вокруг него воплощать давнюю мечту. Буфету была отдана роль форпоста дома-крепости, запретив увлечение модой на дорогую современную мебель «под старину». Прекрасным подспорьем стала «щедрость» зажиточных скандинавов. Они, не задумываясь, расстаются с антиквариатом, заменяя ее на практичную мебель в том числе и из Икеа. Порой, выбрасывая просто на улицу или продавая за бесценок на блошином рынке, такие же «островки» когда-то семейных реликвий. Все, что требовалось, это «видеть и слышать» такие вещи. И завертелась сказочная карусель, когда одно приобретение тянет за собой другое, постепенно выстраиваясь в стройный ансамбль, начиная наигрывать свою «мелодию». На фоне не случайно выкрашенных в белый цвет кирпичных стен, стала прорисовываться общая картина респектабельного жилища с одной спальней для двоих.

    В некотором роде «искусством» было все же синтезировать предметы старины с современными деталями интерьера. Опасно поддаться искушению и превратить антикварный интерьер в «бабушкин сундук». Опыт наблюдения за мировыми тенденциями на примере Скандинавии позволил безошибочно прибегнуть за помощью все к той же Икеа. Таким образом, спальня полностью оснащена современной мебелью. Конструктивная простота и незаметность на фоне того же спасительного белого цвета, лишь ручки ящиков и шкафов придают налет винтажности, «вытягивает» на уровень антикварной гостиной-столовой. Замечательная тяжелая штора из натурального бархата оттеняет прекрасную люстру из настоящего мурановского стекла, приобретенную у владельца огромного антикварного ангара. Там же докупались в стиле буфета шкаф для хранения сигар с зеркалом над ним, обеденный стол на мощной резной подставке, зеркало в золоченой раме с мраморной консолью, круглый мраморный стол на кухне, старинные немецкие часы в гостиной. Дубовые стулья  и полукресла, «царское кресло» с подлокотниками в виде львиных морд мистическим образом влились в оркестр первой скрипкой, были реставрированы – заменена обивка на бархатную красную. Таким образом, текстильная тема отражена единым материалом – бархатом, который придает весомость и строгую лаконичность. Кожаные ортопедические кресла, трансформеры – дань уважения датскому современному дизайну мягкой мебели.

Особо хочется остановиться на монолитном огромном сундуке с кованными бляхами, явно не один век простоявший в всемирно известном замке принца датского Гамлета в г.Хельсингер, был приобретен «по случаю». Его роль в общем «оркестре» солирует и задает тон с порога.
Любой интерьер почти что мертвый, если он не наполнен щебетом милых деталей и безделушек – все это трофеи блошиных рынков из разных стран. Ну и, конечно, что за дом без картин!!! Именно они подчеркивают и  выражают художественный вкус его обитателей, придают шарм и блеск!! Было решено для этих целей, в основном, использовать «простые» стены, которые возникли, в ходе перепланировки помещения. Благодаря наличию большого окна в ванной комнате возникла мысль предать особый уют и респектабельность, казалось бы, не предназначенному для этого мету. Сантехника и смесители подобраны под общий стиль благодаря нетленным образцам итальянских производителей.
И в конце нашего небольшого путешествия во времени по замоскворецкой квартире старой Москвы, хотелось бы отдать дань уважения пристрастию ее владельцев, многие годы проживших в странах Северной Европы, к так называемому скандинавскому серебру викингов. Изделия из олова – кружки, кувшины, тарелки, то самый металл, из которого был отлит андерсоновский оловянный солдатик. Оно как бы является драгоценным самоцветом на фоне прекрасных изделий старых мастеров по дереву. Вымоченный дуб, как нельзя лучше сочетается с старинными, брутальными, грубыми тарелками. Кстати, в антикварных магазинах, цена которых порой зашкаливает. Хрусталь и тонкий фарфор, как аромат духов, наполняет собой пространство и придает прозрачность, легкий налет эфемерности.

Не спешите ликвидировать старые вещи! Они сделаны вручную, несут в себе энергетику прошлых столетий. Умело обыгранные, они придадут лоск любому интерьеру, особый статус владельцам, научат молодое поколение видеть прекрасное в каждом завитке старинного изделия! Начать повесть летописи временных лет вашего дома можно с обычного старого стула, если вам дорого искусство бесследно исчезающих эпох, к сожалению, даже через «вечные стены».

21.07.2017
Подбросить наверх